— Может, у тебя есть другой? — обиделся Тема.

— Другого нет, — честно признался Олег.

Остальным тоже больше ничего не приходило на ум. Даже Пашков, чью изобретательную голову обычно просто распирало от смелых и рискованных замыслов, на сей раз лишь с задумчивым видом пожал плечами. Затем, рассеянно глядя в окно, начал грызть большой палец.

— Тебя, между прочим, Машкино состояние должно касаться в первую очередь, — посмотрел на него Олег.

— А? — вяло откликнулся Лешка. — Ну, да. Конечно. Но я не знаю.

И он продолжал задумчиво грызть большой палец.

— Проголодался у нас Ребенок, — сказала Катя.

— Я тоже! — с хищным видом заявил Женька. Его растущий организм требовал чуть ли не круглосуточной подпитки.

— Тогда расходимся по домам, — решительно произнес Олег. Он знал, что подобные Женькины заявления чреваты напрочь опустошенным холодильником и последующими скандалами с родителями, которым вечером после работы почему-то непременно хочется плотно поужинать…

Проводив взглядом Пашкова, пустившегося на поиски математички, Моя Длина тщательно огляделась. На лестнице, кроме нее, никого не было. Лишь сверху, из-за плотно прикрытых дверей актового зала, доносились неясный гул, стук и шорохи. Видимо, организаторы конкурса торопились как следует все подготовить к появлению публики и участниц. Потом ушей девочки достиг усиленный акустической аппаратурой голос школьного ди-джея Васи Мурмулева из одиннадцатого «Б». «Звук устанавливает», — сообразила Машка.

Она еще раз огляделась. Окончательно убедившись, что пока пребывает тут в полном одиночестве, Моя Длина водрузила на подоконник объемную сумку из черной кожи, приобретенную в «Доме Версаче», и извлекла на свет две бутылки с травяными отварами, которые изготовили специально для нее в оздоровительном центре Агнии Мокеевны и Глеба Константиновича Труповых.