
— Андрюше нужна совершенно другая жена, — множество раз повторяла Школьникова.
Когда же Катя и Таня спрашивали: «Какая?» — Моя Длина поясняла:
— Заботливая. И с положением в обществе.
Разумеется, Машка имела в виду себя. Чтобы завоевать сердце любимого человека, она чуть ли не с пятого класса усиленно занималась историей. А на уроках Андрея всегда сидела за первой партой напротив учительского стола, награждая предмет своей страсти томными вздохами, выразительными взглядами и прочими недвусмысленными намеками на большое и сильное чувство, повергавшими классного в трепет, ужас и смущение.
Правда, к исходу прошлого учебного года Моя Длина смирилась. «Андрей по-прежнему для меня остается идеалом мужчины, — сказала она однажды Тане. — Однако мечты мечтами, а надо уже о будущем думать. Тем более что Ребенок вроде становится вполне ничего себе».
Ребенком она именовала Пашкова. Шансы его с тех пор сильно повысились. Да и Андрей Станиславович стал куда спокойней чувствовать себя в родном классе. Но Пашков все равно опасался, что Машкины чувства к учителю вспыхнут вновь. Вот почему, может быть, даже больше, чем остальные питомцы десятого «Б», ждал, когда же Андрей и Светлана «окончательно поженятся».
