И, не договорив, он покрутил пальцем возле виска.

— Это, по-моему, ты вообще! — И, сжав увесистые кулаки, Школьникова двинулась на долговязого Женьку.

— Да ты чего, Машка! Перестань, — Женька обезоруживающе улыбнулся и, зная крутой нрав Школьниковой, начал на всякий случай отступать вниз по лестнице.

При этом он пятился задом, а потому столкнулся с маленьким Темычем, который как раз в это время шел вверх.

— Поосторожней нельзя? — отскочил в сторону Тема.

— Сам виноват, — отмахнулся Женька. — Надо глядеть, куда идешь.

— А ну, валите отсюда оба! — гаркнула Моя Длина. — Вы мне весь психологический настрой сбили.

— Так это, значит, у тебя такой психологический настрой был? С улетом? — искренне восхитился Женька. — Ты, Машка, не стесняйся. Мы ведь свои. Продолжай. Мне поглядеть охота.

— И лестницу эту ты, между прочим, еще не арендовала в единоличное пользование, — самым что ни на есть нудным голосом принялся качать права Темыч.

— Лестницу, может, и не арендовала, — свирепо откликнулась Школьникова. — Но и ты, Микроспора, тоже не арендовал. Поэтому, если мигом отсюда не испаришься, я сотру тебя в порошок.

— Только попробуй! — задиристо воскликнул Темыч, однако, как человек осторожный, начал на всякий случай по методу Женьки пятиться вниз.

— Видишь, Машка, он уходит, — с радостным видом изрек Женька. — Можешь спокойно теперь заниматься своим психологическим настроем.

— Могу, — уже кипела от ярости Моя Длина. — Только надо сперва от тебя избавиться. — И она предприняла весьма решительную попытку спустить Женьку с лестницы.

— Эй! Чего у вас там происходит? — раздался снизу голос Олега.

К Моей Длине и Женьке поднималась остальная часть Компании с Большой Спасской.

— Она бушует, — указав на Машку, объяснил друзьям Темыч.